Он сидит тихо, без короны и без лишнего шума. Ничего не приказывает, никуда не спешит. Просто смотрит — и этого почему-то хватает. Вокруг может пылать что угодно, но порядок уже установлен.
Остальные могут выглядеть как угодно грозно. Главные здесь не они.
